Разделы дневника

Пьесы. [2]
Драматургические произведения.
Рассказы. [56]
Рассказы и эссе.
Притчи. [6]
Притчи.
Стихи. [6]
Стихи.

Календарь

«  Август 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031

Форма входа

Приветствую Вас Гость!

Поиск

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 151
Главная » 2016 » Август » 27 » Варенье от тети Вари (начало)
Варенье от тети Вари (начало)
19:32

                                                           Варенье от тети Вари

                                                 

    Еще издалека Айвар заметил распахнутую дверь подъезда. Приблизившись, он увидел, что она подклинена камнем,  это обычно  бывает,  когда вносят в дом новую мебель, а потом забывают убрать этот камень.

   Айвар уже наклонился чтобы сделать это, как услышал голос из подъезда:

- Эй, не трогай дверь!

Приглядевшись,  он увидел двух слесарей, сидевших под лифтом и, очевидно, ремонтировавших его. Стало ясно, что не придется воспользоваться  еще одним достижением цивилизации, но это не огорчило Айвара, и он легко пробежался до  шестого этажа и нажал кнопку звонка.

   За дверями послышались шаги и стихли, было понятно, что хозяева разглядывали в глазок гостя,  затем послышались щелчки запоров, дверь открыли.

   Айвара встретил сам Борис, который предпочитал, чтобы его все называли просто Бор.

  - Проходи, - сказал Бор,  дождавшись, когда гость прошел,  тщательно закрыл дверь на несколько запоров, количество которых удивило последнего.

   Затем Бор,  махнув рукой, пригласил его  идти за ним,  пошлепал в диковинных большущих шлепанцах по коридору. Вообще Бор любил все диковинное. Вот

и сейчас на нем была яркая майка, с изображением какого-то поп идола, и шорты, какие как он утверждал, носят американские солдаты.

   Они вошли в небольшую комнату, забитую сумками и баулами,  разбросанными вещами,  коробками.

- Деньги принес? – спросил Бор, затем,  увидев в протянутой руке Айвара купюры,  взял их, тщательно пересчитал и небрежно бросил в коробку, лежащую у ног.

   Он на секунду задумался,  вспомнил,  что ему нужно,  выдернул из одной  кучи рубашку в блестящей упаковке.

- На, - произнес Бор. – Носи, цвет, какой ты просил.

- Спасибо, Бор, - сказал Айвар. – Ну, ты прямо как волшебник. Что надо, так по одному мановению руки.

- Ну, допустим, - ответил тот,  -  я еще не волшебник, а только учусь, но кое-что уже разумеем в этом деле. Обмоем сделку что ли?

Он небрежно раскрыл дверцу видавшего виды старого холодильника, чтобы гость мог увидеть его содержимое, который был набит разными напитками, достал из него пару банок пива и подбросил одну в сторону Айвара. Открыл и отпил из своей банки и не без удовольствия наблюдал, как Айвар рассматривает неведомую ему марку.

- Чего глядишь? Ты попробуй, попробуй! Такое ты еще не скоро попьешь! – заявил он.

- Факт, - согласился Айвар. – И где ты это только достаешь такое?

- Это вы достаете, а мы имеем, - обронил Бор. – У кого какой бизнес, тот и имеет, что может. Хочешь,  покажу свой?

- Что свой? – не понял Айвар.

- Эх ты, недоумок! Бизнес покажу, пошли!

   Они прошли по коридору и остановились у двери, которая была закрыта на два замка. Бор достал из кармана шорт связку ключей,  два самых сложных из них подошли к замкам,  открыл дверь. Он щелкнул выключателями,  комната ярко осветилась и перед Айваром раскрылась необычная картина. Вся комната было увешана коврами и паласами, но их наличие едва угадывалась, поскольку они были сплошь увешаны значками, орденами и медалями. На полу, столах, столиках и просто различного рода полках валялись кучи  значков, орденов и медалей, а также альбомы специально для значков и  энциклопедии,  справочники о наградах всех стран мира. Все это блестело и горело огнем различных красок, лакированных и цветных знаков. Здесь было все: от высших орденов СССР до суровых и впечатляющих Железных крестов фашисткой Германии. Наряду с блестящими экспонатами, в этих кучах иногда проглядывались и совсем уж заржавевшие и с подгнившими бантами образцы наград.

- Ну, как?! – спросил Бор.

Но он уже понимал,  что  спрашивать и не стоит, потому что Айвар уже его не слышал от впечатлений увиденного.

- Откуда у тебя все? – спросил Айвар.

- Ну,  это, брат, у каждой вещицы своя история, - разоткровенничался Бор. - Обычно алкаши или ботаники сдают, реже – пацаны притащат,  чтобы им на мороженое хватило. Но я стараюсь с ними не связываться, потом родители начинают допытываться,  куда дели. Приходят и скандалят. С отморозками проще. Но иногда берешь и у детей. Один щегол мне два ордена Суворова притащил и три Боевого Красного знамени, так я потом его предкам такие комедии разыгрывал, что я мальца ихнего в первый раз вижу. Частенько черные копатели скидывают, ну те, что на местах боев работают. Им с этими бирюльками связываться не охота, а мне с них навар. Вот посмотри, - и Бор показал рукой на небольшой металлический столик с тисками и инструментами, на котором одиноко лежала с полусгнившей колодкой медаль «За отвагу». – Вот эту побрякушку мне Васька Костыль подкатил, фамилия у него Костылев оттого и позывной такой. Он часто на эти раскопки  с дружками выезжает, а так официантом у Мусы в кафе «Барабаш» подрабатывает. Сколько, по-твоему,  эта вещь стоит?

- Не знаю, - пожал плечами Айвар.

- Правильно, - сказал Бор. – Потому что это еще не вещь. Вот сейчас мы сделаем из нее вещь.

  Он присел за стол, взял на нем папку и вынул из нее  черно-белое фото, на котором было изображение  пробитой  осколком медали «За отвагу» на чьих-то ладонях.

- Видал? – спросил он Айвара.

- Да, видел, - ответил Айвар. – Эту фотографию часто в Интернете на разных сообществах выставляют.

- Правильно, - согласился Бор. – А теперь, слушай сюда. Вот эта штуковина сейчас стоит тысячу рублей. Конечно, не малые деньги. А вот мы из нее сейчас сделаем вещь, которая подороже некоторых орденов будет стоить. Гляди!

   И Бор неожиданно вдруг взял со стола молоток, зубило,  двумя резкими и точными ударами отколол от медали, точно такой же осколок как на фото. Потом, он схватил медаль,  положил его на фото, обернувшись к Айвару гордо спросил:

- Ну, как? Была тысяча, а сейчас ей красна цена – двадцать! Похоже? Осталось только специальным раствором придать старость срезу! Это уже мой седьмой экземпляр.

- И как ты их продал? Неужели никто не догадывается, что эта не та медаль? – спросил Айвар.

- Э, братец! – заважничал Бор. – Да ты не знаешь, что я в артисты хотел идти! Артиста с меня не вышло, а вот по жизни я артист еще тот! Ну, к примеру, когда такую последнею медаль продавал, подходит ко мне один хлыщ и спрашивает, что мол, та самая, что в Интернете. Я, ему, конечно!  А он допытывается, а с чего это ты ее продаешь? А я ему, так и так – дед, чья эта медаль, помер, а бабка болеет, ей операция нужна. А я – студент, сирота, помочь ничем не могу, вот и приходится эту семейную реликвию продавать. Так он мне двадцатку и сверху две, с уговором, чтобы я молчал, что это я ему уроду эту медаль скинул, класс?! Я к чему это рассказываю тебе, может,  ты мне поможешь? Не хотелось бы мне еще раз светиться с этой медалью на толкучке. А так, ты толкнешь еще штуки три, бабки пополам и заляжем на дно переждем, а там посмотрим!

   Айвар еще раз взглянул на медаль и вдруг спросил Бора:

- Слушай Бор, а у тебя кто-нибудь на войне воевал?

- А как же! – оживился Бор. – Дед воевал! Так с него все и началось. Он,  как помер, мне как-то деньжата нужны были на новые кроссовки, я к предкам, а они в отказ. А тут я читаю объявление в газете, отношу деда ордена к одному барыге, так мне этих бабок не только на кроссовки, но и на телок с шампанским хватило. Это я только потом понял, что продешевил, когда сам этим делом занялся.

- А ты ведь, сволочь, - сказал вдруг Айвар, подняв глаза на Бора.

- Чего это я сволочь? – смутился Бор. – Понятно, не очень хорошо получилось. Я ведь потом в шкатулку эту все ордена, какие там были, положил,  правда,  чужие, но какая разница?  Предки главное не догадались, до сих пор ими знакомым хвастаются!

- А все равно ты, дерьмо! – сказал Айвар. – Жаль дед твой не живой, я бы ему рассказал,  какой ты есть,  он бы тебе в глаза плюнул!

- С чего бы это плюнул? – огрызнулся Бор. – От хорошей жизни кто плюется? Вон ты пиво такое у меня пьешь, тебе такое пиво и не снилось!

- Да пошел ты со своим пивом! – прокричал Айвар и плеснул им из банки ему в лицо.

- Ты…ты… , – растерянно прошипел Бор, сжимая кулаки, но явно напуганный. – Пошел отсюда!

- И пойду. Мразь ты! – уверенно сказал Айвар.

    Он хотел было уйти, но вдруг развернулся,  схватил со стола пробитую медаль, сжал в кулаке, вышел в коридор, повозившись с запорами,  открыл дверь, хлопнув ею, ушел.

   На стуле, у стола, так осталась купленная им у Бора рубашка.

                                                                 2.

   К вечеру все немного забылось. Погуляв с ребятами,  Айвар  провожал свою однокурсницу Олесю, с которой они уже целый год сидели рядом. Провожать ее Айвар начал с прошлого года, вернее, это Олеся приучила его и с некоторых пор весьма ревностно относилась к этому, если он забывал свои обязанности. Еще в прошлом году за Олесей, самой красивой девушкой их курса, пытались ухаживать старшие ребята, а она неожиданно для всех выбрала Айвара. 

   Прощаясь, Олеся поправила воротник его рубашки и случайно прикоснулась к его груди.

- Ой! – вскрикнула она. – Что у тебя в кармане? Я укололась!

    Айвар взглянул на палец Олеси, на котором показалась капелька крови, вспомнил, что у него в кармане, сказал:

- Это медаль.

- Какая медаль? – удивилась девушка.

- Да, так, - смутился Айвар. – У человека одного взял.

- Покажи, - попросила девушка.

   Айвар неохотно вынул из кармана медаль и осторожно положил на ладонь девушки.

- Ой, - вскрикнула девушка. – А я видела ее в Интернете! Зачем ты ее взял, Айвар, чтобы кому-то показать? Постой, постой! Эта не она, срез совсем свежий! Это ты сделал, Айвар?

   И девушка с каким-то недоверием и отчаянием в глазах  ожидала ответа Айвара, и тому ничего не оставалось делать, как рассказать, как все было.

- Вот паразит! – сказала Олеся. – Как земля носит таких! Надо было двинуть ему как следует!

- Надо было, - согласился Айвар. – Но не хотелось пачкаться. Вот медаль забрал.

- Правильно сделал! – одобрила Олеся.

     Ей было несколько неудобно, что минуту назад она плохо подумала об Айваре.  Еще раз внимательно посмотрела на медаль и вдруг воскликнула:

 – Айвар, посмотри, номер медали очень хорошо сохранился! Послушай, у меня тетя работает в этих самых архивах военных, давай попросим ее узнать,  чья она и вернем владельцу!

- Нет владельца, - ответил Айвар. – Медаль черные копатели нашли на месте боев.

- Ну и что! – заявила Олеся. – А родные? Ведь там,  в архивах указано, откуда родом награждённый  и призывался. Давай попробуем!

- Ну, попробуй, - согласился Айвар. – Не верю я, что что-то из этого получится.

- Не получится, так и ладно, - сказала Олеся. – А если получится, так хоть родные узнают, где он погиб!

- А где он погиб? – спросил Айвар. – Кто его знает? Наверное,  мы этого никогда не узнаем.

- А мы посмотрим, - сказала твердо Олеся. – Вот если я узнаю, чья эта медаль, то выяснить,  где ее нашли, эта уже твоя задача. Будешь искать этих копателей.

- Ладно, - согласился Айвар, он слабо верил в то, что предлагала Олеся.

   Прошло три дня.  Айвар  вернулся с тренировки, как обычно усталый и голодный, и мама, которая не  одобряла то, сколько он времени посвящает спорту,  взглянула на него и сказала:

- Иди, покушай и ложись, поспи, Марадона ты наш! Да, кстати, тебе девчонка эта звонила, ну та, что с тобой за одной партой сидит. Просила,  как придешь, сразу ей перезвонить. Ты уж позвони, может по школе что.

  И Айвар позвонил.

- Получилось! Получилось! – услышал он на другом конце провода возбужденный голос Олеси. – Немедленно приезжай на наше место, я тебе покажу ответ из архива.

   И бросила трубку.

   Когда Айвар приехал,  она гордо протянула ему клочок бумаги.

- Так, так, - сказал Айвар, когда прочитал, что было написано на бумаге. -  Значит, Горелов Иван Степанович, уроженец деревни Святки. Это же полторы сутки от нас поездом. Пропал без вести под Смоленском. Все ясно. Нужно ехать в эту самую деревню, узнать, кто есть из родных и сообщить.

- Что сообщить, Айвар? – спросила Олеся. – То, что Горелов погиб, они  знают, а вот где похоронен, вряд ли. Нужно это узнать!

- Да не похоронен он! – сказал Айвар. – Его останки откапали черные копатели на месте боя. Нам нужно еще добраться до них.

- Так узнай, где они, Айвар! – посоветовала Олеся.- Тряхани этого твоего Бора!

- Э, нет, - сказал Айвар. – Я,  кажется,  знаю, что делать. Ты случайно не знаешь, где находится кафе «Бурабаш», кажется?

- Как не знаю, - сказала Олеся. – Это совсем недалеко от нашего дома! Только называется «Барабаш». Рядом с остановкой «74-й квартал».

- Все, понял. Поехали к тебе, на нужной остановки сойдем, там один из этих копателей работает, - решил Айвар.

   Они сели на нужный им маршрутный автобус, на остановке они сошли и направились к кафе.

   Кафе еще только готовилось к открытию,  у столов возилась пожилая уборщица, смахивая с них пыль.

- Скажите,  пожалуйста, - обратился к ней юноша. – Василий Костылев работает сегодня?

- Васька! – прогремела трубным голосом уборщица, даже не взглянув на молодежь. – Где ты там? Тут до тебя допытываются!

- Иду! – откликнулся голос из темноты и вскоре в зал вышел крепкий на вид  мужчина лет сорока.

- Это кому я понадобился, - спросил он. – Вам что ли?

- Да нам, - сказал Айвар.

    Он достал из кармана медаль и протянул ее этому человеку.

 – Василий, вот эту медаль мы взяли у Бора и узнали, кому она принадлежала. Мы узнали также,  где могут проживать его родственники и хотели бы им сообщить, где погиб их родственник. Пожалуйста, скажите нам, где вы ее откопали. Мы знаем, что под Смоленском, но где точно. Может быть,  родственники захотят навестить это место.

   Мужчина взглянул на медаль, сплюнул в сторону и сказал:

- Вот что, босота. Никакого Бора я не знаю. Ничего и нигде я не копал. И вас я не знаю,  и знать не желаю. И еще раз сунетесь ко мне, вам будет плохо. Я ясно сказал. А теперь давайте, топайте,  пока целы!

   Они ушли.

- Вот гад! – сказала Олеся. – Он знает, что ему за эти дела срок светит! И где только у людей совесть?! Что будем делать, Айвар?

- Нет, - твердо сказал Айвар. – Раз мы уже начали это дело, значит,  мы и должны его закончить. Может в полицию обратиться?

- Да что ты, Айвар! Эти копатели, если ты понял, не медалями промышляют, а еще более чем криминальным и их-то менты точно крышуют. Ты давай думай! Не зря же я тебя самым умным парнем на свете считаю!

   Айвар с удивлением посмотрел на нее и только и сказал:

- Хорошо, будем думать.

                                                                              3.

   Прошло еще несколько дней. Мысль о том, как выпытать у Костылева место, где тот  с дружками  откопал останки  Горелова,  ни на секунду не оставляла Айвара.  Вот и сегодня он после тренировки сел в свой автобус, и, уткнувшись лбом в стекло, размышлял об этом. Проезжая в одном месте, он увидел знакомую для себя картину. В открытом летнем кафе за столиком с краю сидела группа молодежи, крепкого телосложения, бритоголовых, в черных куртках. Одного из парней Айвар знал. Это был когда-то их сосед, звали его Федя, был он намного старше его. Парень этот тоже когда-то занимался спортом и даже учился на физкультурном,  а в девяностых бросил это дело, вступил в какую-то группировку,  в конце концов,  попал в тюрьму. Но говорят, что это было хорошо, поскольку всех остальных его дружков судьба была куда хуже. А Федя,  вот освободился,  стал жить сразу в почете,  правда сменил место жительства. 

   И тут Айвар пришла в голову одна отчаянная мысль. Он дождался следующей остановки и почти бегом вернулся в это кафе, переживая, что Федя уйдет оттуда. Но он напрасно беспокоился. Федя был на месте, и дружки были вместе с ним.

   Отдышавшись, Айвар решительно подошел к их столику.

- Привет, Федя! – сказал он.

- О, привет Айвар! – доброжелательно отозвался Федя и пояснил друзьям. – Это мой бывший сосед. Ну,  ты, брат, и вырос! Как поживаешь, как мама? Передавай ей привет! Ты школу уже закончил?

- Да, - ответил Айвар. – Уже год учусь в универе, - и немного помедлив,  прибавил. – Федя, у меня к тебе дело есть.

- Ха-ха! – рассмеялся один из дружков Феди. – Слышь, братва, тут клиент к нам подкатил! Наверное,  заказать кого хочет! Слышь, пацан, а бабки у тебя есть!?

   Но Айвар уже не обращал на них внимания,  уже приблизившись к столику,  он понял, что Федя среди них самый главный и поэтому спокойно продолжил:

- Федя, мне бы с глазу на глаз.

Федя пытливо взглянул на него, побарабанил зажигалкой по столику, но встал,  обняв его за плечо, увел в сторону.

- Ну, говори, - сказал он.

    Айвар рассказал все как есть.

- Вот гад, - сказал Федя, когда он узнал о Костыле. – Ну,  я тебя понял. Тебе нужно, чтобы мы его тряханули.

- Да, - сказал Айвар. – Только не особо сильно. Мне с ним еще на место раскопок ехать нужно будет.

- Лады, - ответил Федя. – Дело святое, поможем.

Он оглянулся к дружкам и присвистнул:

- Эй вы, Аксакал и Башка, поехали!

Вскоре они подъехали к кафе.

- Ну, и? – вопросительно взглянул Федя.

- Вон тот, что за стойкой стоит! – указал Айвар.

- Ясно, - кивнул головой Федя. – Братва,  работаем мягко, без переломов и ссадин. Вперед! А ты сиди в машине.

   Они вышли с машины и направились к кафе, где Костылев у стойки старательно мыл стаканы в тазике.

   Трое медленно подошли к нему и молча стали рядом.

- Чего вам, пацаны? – только и промолвил Костыль, как получил удар ноги в пах, а дальше, когда уже упал, технические приемы ударов были давно ему уже известны.

   Когда бить перестали, тот, что просто стоял,  отправил своих дружков восвояси, а сам вылил на него тазик с водой.

- Вставай, утопленник, - потребовал он.

   Костыль знал, что в таких случаях команды нужно выполнять немедленно и поэтому, как бы ему не было трудно,  поднялся,  оперившись об стойку,  старался не смотреть будущему собеседнику в глаза.

- Костыль, - сказал медленно Федя, приглядываясь, слышит ли и понимает ли его тот. – Тут к тебе пацан подходил по поводу медали и раскопок. Ты сделай,  что он просит,  и мы тебя забыли. Прости,  конечно, тут дело не в интересах, но человеком нужно быть. В общем,  давай. Это я сказал, чтобы ты целый был. Цени.

Он вернулся к машине, где его уже ждали дружки.

- Иди, – сказал Федя, не оборачиваясь. – Клиент готов.

 Айвар поблагодарил, вышел из машины, которая тотчас сорвалась с места, и умчалось в ту сторону,  откуда приехала.

   Айвар вошел в кафе. Костыль, только что отошедший от умывальника и прикладывающий мокрое полотенце туда,  где было больнее всего, увидел его, махнул рукой, приглашая присесть к столу, присел и сам,  достал свой блокнот, стал быстро писать  на нем.

   Наконец он закончил, вырвал лист и проговорил:

- Доедете до Смоленска, потом на электричке  до  станции, я тут вот написал и от нее уже пешком мимо  деревни в лес, тут  все тебе начертил.

Айвар, даже не взглянув на лист,  отодвинул его к Костылю.

- Если я найду родственников, тебе придется ехать туда с ними. Где гарантии, что они точно найдут это место, - сказал он.

- Да ты что!? - возмутился Костыль. – Меня же менты там могут повязать, а эти родственники, не дай бог, вообще меня грохнут! Ни за что!

- Ну ладно, - сказал Айвар.

Он поднялся из-за стола и направился к выходу.

- Эй, пацан! Ты куда? – окликнул его Костыль.

- Сейчас мы вернемся, - ответил ему Айвар. – И что ты не понял, тебе объяснят.

Костыль быстро поднялся с места, догнал Айвара,  ухватил его за руку, проговорил:

- Все пацан, все понял. Когда едем?

     4.

   Святки, небольшая, но ухоженная деревня, куда добрался Айвар, больше напомнила ему дачный поселок, чем он, собственно, и являлся. После того, как развалился колхоз в ней стали скупать дома горожане под дачи, где обитали там все лето, вплоть до глубокой осени. И поэтому местных жителей в ней было гораздо меньше, чем пришлых. Но,  несмотря на это, Гореловых оказалось  целых три семьи, когда Айвар подошел ко второму такому дому, где ему как сказали, тоже жили Гореловы, он еще издалека заметил у калитки женщину с двумя корзинками с молоком в бутылках, какие обычно продают  на станциях пассажирам, выходящим прогуляться на стоянках.

   Айвар поспешил к ней, женщина и остановилась в ожидании.

- Вы Горелова? – спросил Айвар.

- Да, только теперь по мужу Завьялова, - ответила женщина. – А что случилось?

- А Горелов Иван Степанович не ваш родственник? – сказал Айвар.

   Женщина как-то испуганно  взглянула на него и с  непонятной слабостью прошептала:

- Это мой папа. Но,  наверное,  вы ошиблись. Он погиб в войну, вернее, пропал без вести, я сама-то его не видела и не помню. Потому что родилась  через четыре месяца, как он ушел на войну.

   Айвар достал из кармана платок, где лежала медаль, развернул,  протянул  женщине.

- Это медаль вашего отца, - тихо сказал он, с трудом пересиливая комок,  вдруг подступивший к его горлу. – Его нашли при раскопках, в тех местах, где он погиб, это под Смоленском.

Женщина осторожно приняла платок с медалью в руки, прижала их к лицу, ее плечи затряслись,  и Айвар увидел, как из - под платка полились слезы.

   Из дома вышел мужчина, он быстро прошел к калитке, взглянул на женщину и Айвара,  спросил:

- Что? Кто?

    Подавленный увиденным,  Айвар не смог ответить.

Женщина отняла руки от лица, приникла к груди мужчины.

- Сережа, папка, папка нашелся! – запричитала она.

- Как нашелся?! – спросил мужчина, поглаживая ее плечи и поглядывая на Айвара.

- Его останки нашли при раскопках, - сказал Айвар. – И я приехал узнать, есть ли его родственники. Может быть,  вы захотите поехать на это место.

Мужчина с недоверием взглянул на него и заявил:

- А почем вы знаете, что это его захоронение? Мало ли кто там лежит!?

- Сереженька, - заговорила женщина. – Он вот медаль его привез, говорит, что папина.

- Да, - сказал Айвар. – Мы номер этой медали в архив посылали,  нам ответили: эта медаль Горелова Ивана Степановича, уроженца деревни Святки. И не похоронен он, его останки нашли прямо на поле боя. Может быть,  вы поедете и похороните как надо.

-  Да, да, конечно. Сереженька, я поеду, как думаешь? – сказала Варвара.

- Конечно,  езжай, Варя, раз такое дело, - ответил мужчина, вдруг с одобрением взглянув на Айвара.

- А когда? – спросила женщина Айвара.

- Не знаю, - сказал,  пожав плечами он. – Когда сможете. Я только позвоню человеку, который эту медаль нашел,   он будет ждать  вас в Смоленске.

- Сегодня же поеду! – заявила вдруг женщина и с надеждой взглянула на мужа.

Но того решение жены ничуть не смутило.

- Конечно, сегодня, - решительно сказал он и спросил Айвара. – Если Варя сегодня выедет, этот человек сможет быть к ее приезду в Смоленске?

- Да, конечно, - уверенно сказал Айвар. – Он не то что поедет, но если надо и прилетит туда к сроку.

- Это хорошо, - сказал мужчина. – Как тебя зовут парень?

- Айвар, - сказал тот.

- Вот что, Айвар, - помолчав,  сказал мужчина, - Я понимаю, что тот человек может быть и надежный, но я его не видел. А тебя я вижу и верю, что ты хороший человек. Поезжай с Варей, очень прошу, я тебе дорогу оплачу, а?

- Ладно, – согласился Айвар.

- Ну и лады, - с облегчением сказал мужчина.

Он поднял с земли корзинки и заявил:

- Все,  порешили!  Пошли в дом! Варька, ты собирайся! А я сейчас Айвара накормлю  и вам  баул соберу в дорогу.

                                                          

Категория: Рассказы. | Просмотров: 88 | Добавил: millit | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: